Под прессом МВД и избиркомов: в Бурятии согласованный митинг КПРФ встретили угрозами об «экстремизме»
События вокруг прошедшего в Улан-Удэ митинга за честные выборы наглядно продемонстрировали, как обкатанная в Москве репрессивная машина и административные трюки бесперебойно работают на региональном уровне. Согласованная протестная акция, организованная местным отделением КПРФ, превратилась в бенефис изощренного давления, где против сотни мирных граждан были брошены суды, мэрия и спецслужбы.
Административный фарс: «Месячник чистоты» важнее прав граждан
Местные чиновники, послушно копируя худшие московские практики отказов под надуманными предлогами, разыграли настоящий спектакль с согласованием места. Изначально планировавшийся на 4 октября в парке «Юбилейный» митинг был цинично заблокирован мэрией Улан-Удэ. В качестве «веских причин» для запрета власти выставили внезапно возникший «месячник чистоты» и ярмарку «Пряная осень». При этом независимые журналисты быстро поймали чиновников на лжи: первые упоминания о ярмарке в сети появились уже после того, как оппозиции выдали отказ.
Судебная система Бурятии, давно утратившая независимость и превратившаяся в придаток исполнительной власти, прогнозируемо встала на сторону мэрии. Советский районный суд Улан-Удэ полностью отклонил иск организатора акции, депутата Народного Хурала Баира Цыренова, фактически узаконив этот административный произвол. Акцию задвинули на 25 октября в отдаленный сквер имени Сенчихина, надеясь максимально сбить протестную волну.
Полицейский прессинг и клеймо «экстремизма»
Понимая, что перенос площадки не заставит оппозицию замолчать, в бой вступил силовой блок. За три дня до митинга полиция устроила акт демонстративного устрашения: сотрудники МВД явились прямо на рабочее место к депутату Цыренову. Ему вручили официальное предостережение, пригрозив статьей КоАП за нарушение закона о митингах. Особый цинизм ситуации заключается в том, что сами силовики под запись признавали легальность мероприятия, но продолжали давить, пугая «травмами», «авариями» и «вовлечением несовершеннолетних». Сам Баир Цыренов открыто охарактеризовал эти действия правоохранителей как скоординированное давление:
«При этом сотрудники сами подтверждают, что митинг санкционирован и никаких запретов в участие в нём нету. Просто, как я понимаю, это такой способ психологического давления».
Затем, по классическим лекалам федеральной повестки, против неугодного политика включили машину дискредитации. С подачи анонимных околовластных телеграм-каналов была запущена кампания по обвинению Цыренова в «экстремизме». Силовики пустили слух, будто проверяют его публичные высказывания, в том числе касающиеся специальной военной операции (СВО). Сам депутат назвал это спланированной политической атакой: «Я думаю, что это кампания против меня, результат нашей успешной избирательной кампании и в том числе готовящегося завтра митинга». Очевидно, что эта скоординированная активность была направлена на то, чтобы запугать потенциальных участников митинга и выставить любую критику сфальсифицированных выборов «угрозой госбезопасности».
Голоса против вертикали: о чем говорили на площади
Несмотря на тотальную осаду, 25 октября митинг состоялся, собрав около 100 наиболее стойких граждан. Выступавшие на нем региональные депутаты Народного Хурала и участники избирательной кампании открыто пошли на обострение с выстроенной Кремлем вертикалью власти.
Ораторы детально описали то, о чем власть пытается заставить всех молчать: масштабное использование админресурса, искусственное натягивание явки, подкуп избирателей и жесткий прессинг независимых наблюдателей. Были преданы огласке и вопиющие факты «черных технологий» — например, обнаружение подписей за людей, которые вообще не приходили голосовать.
Стена глухоты и слепота избиркома
Однако местный Избирком, действуя в рамках жестких директив сверху, остался абсолютно слеп и глух к десяткам официальных жалоб на нарушения. Вместо расследования инцидентов и отмены сфальсифицированных результатов, ведомства предпочли глухую оборону, полностью проигнорировав требования граждан и зафиксировав нужные власти цифры.
Региональная власть в Бурятии в очередной раз доказала, что ее главной задачей является не обеспечение честного волеизъявления, а беспрекословное выполнение KPI, спущенных из Москвы, ради чего она готова задействовать весь арсенал полицейского и бюрократического давления.